VOANews.com

 

У отца Вадима – новый сподвижник

Михаил Гуткин, Алена Черкасская  | Нью-Йорк, 18.08.2007

 Русская служба «Голоса Америки» уже рассказывала о первом и по-прежнему единственном в США приюте для русскоязычных бездомных и алкоголиков – расположенном в Бруклине Доме Трудолюбия. За время его существования с 2002 года там находили пристанище 49 зависимых от алкоголя или наркотиков человек. Наши нью-йоркские корреспонденты вновь навестили часовню святого Иоанна Кронштадтского, при которой действует Дом Трудолюбия.

В августе все те, кто может себе это позволить, стремятся на время уехать из Нью-Йорка. Те, кто не в состоянии выехать за город, спасаются от летнего зноя, как могут. Для священника же Русской Православной церкви за рубежом отца Вадима Арефьева время года не имеет большого значения. И в жару и в стужу отец Вадим с небольшой группой сподвижников, которых он именует «братьями», спасает обитающих на Брайтон-Бич выходцев из бывшего СССР, оказавшихся по разным причинам за бортом нормальной жизни.

Многих из них он встречает уже как добрых знакомых, хотя они и отвергают его приглашение прийти в Дом Трудолюбия, где им помогут встать на ноги физически и духовно. Этим летом у отца Вадима появился новый сподвижник – Никита Поленов, представитель знатного русского рода Поленовых. Их знакомство состоялось заочно: отец Вадим послал религиозную литературу Никите в тюрьму, где тот отбывал трехгодичный срок за бытовое насилие.

 Никита Поленов

Никита Поленов

«Если правильно к этому относиться, я бы сказал, что тюремный опыт духовно дает больше, чем опыт пребывания в монастыре, – утверждает Поленов. – Я живал в монастырях, и скажу вам, что тюрьма – духовно более интересное место».

Оказалось, что Никита крестился еще в Москве, при советской власти, будучи студентом Литературного института, где, по его словам, царила довольно либеральная атмосфера. В своих работах он постоянно ссылался на Священное Писание, каждый раз ожидая получить порицание, но, к своему удивлению, получал блестящие оценки. И все же институт Никита бросил, уйдя, как было принято в то время в определенных кругах, в истопники. Он вел, по его словам, нормальную, беззаботную жизнь советского интеллигента застойного периода до тех пор, пока 18 лет назад не отправился в Америку «из любопытства».

 Отец Вадим Арефьев

Отец Вадим Арефьев

Завязавшаяся между заключенным и священником переписка поразила отца Вадима: «Шок! Как это – человек оказался в заключении, и вдруг он оказался намного выше меня духовно! Он блестяще владеет богословием, причем на хорошем, серьезном уровне. Я бы сказал – намного выше семинарского обучения».

По словам Никиты, он счастлив, что нашел Дом Трудолюбия: «Я с самого начала хотел быть ассоциирован с этой программой, потому что жизнь нью-йоркских бездомных я знаю не понаслышке. Мне пришлось в своей жизни побездомствовать, в том числе и чистейшим образом – на улице, и я знаю, что это убийственное занятие».

Никита признает, что он был не алкоголиком, но пьяницей. За то короткое время, что он провел в Доме Трудолюбия, Никита не только стал членом приходского совета и катехизатором, отвечающим за введение насельников в православие, но и настоящим духовным союзником отца Вадима. Теперь, по словам Никиты, они вместе думают, как приложить древнюю православную пустынно-жительскую науку в условиях современного мегаполиса.

«Это место – духовный форпост на границе мирового зла, – говорит Никита. – Улица – квинтэссенция всего зла: здесь наркомания, и беспредельное насилие, и презрение всего мира, и болезни, и холод, голод… Страшные вещи! Дело в том, что в небольшой общине русскоязычных бездомных ежегодно гибнет человек по 10 – вот здесь, на этом маленьком брайтонском пятачке».

Очевидно, что духовные силы отца Вадима и его сподвижников на сегодняшний день превышают их физические возможности. На службы собирается больше прихожан, чем может вместить крохотная часовня, в подвале которой, где есть места для проживания шести-семи человек, сегодня расположились 13 насельников.

 «Мы называем себя Домом Трудолюбия, но это название, взятое скорее на вырост, – говорит Никита. – Мы хотим стать Домом Трудолюбия. Вот пытались организовать мастерскую, но там нет вытяжки, нет кондиционера, там просто нельзя работать».

Отец Вадим давно уже вынашивает планы приобрести большее здание, где будет и приход, и место для сорока-пятидесяти насельников: «Все, что нам нужно сделать, – это просто собрать силы и всех, кто хочет нам помочь. Не обязательно даже православного вероисповедания людей. К нам приходят и мусульмане, и иудеи часто, и говорят: «Дело, которое вы делаете, не имеет границ вероисповедания. Давайте мы вам поможем чем-то, словом, делом, копеечкой». Где-то плечо подставят».

Отец Вадим верит в то, что мечта о новом здании станет реальностью, хотя стоимость домов в этом районе Бруклина достигает миллиона долларов. Но основанный им Дом Трудолюбия, странным образом сочетающий пламенную веру и неукоснительное соблюдение православных традиций с умением свободно ориентироваться в современном мире, уже доказал, что чудеса возможны и там, где их ждут меньше всего.